главная --> Почеркушки --> "Пешеходный переход"

"Пешеходный переход"

Выдержки.


Действующие лица:

Медведь-Тугодум

Лиса-Стрекоза

Заяц-Писарь

Волк-Охламон

Ворона Матрена

Хомяк Бронебой

Кабан Мухомор



Гимн пьесы.

Кто-то мчит на самокате,
Кто-то на грузовике
Мимо клумб и мимо пасек
С поварешкою в руке,
Но когда увидишь этот
Светофора белый столб -
Притормаживай, ведь где-то,
Тормози, ведь есть здесь где-то
Пешеходный переход.


Под землей кишкой виляя
Зеброй на земле застыв
Переход соединяет
Тротуарные мосты,
А в подземном солнце видно
Над наземным - небо шелк.
Вот каких бывает видов,
Вот таких бывает видов
Пешеходный переход.


Чтобы перейти дорогу
Правил существует два:
Чтобы светофор был добрым,
Приоткрыв зеленый глаз,
Ну а если красный светит
И придется сбавить ход -
Не отчаивайся, где-то
Не грусти, ведь есть здесь где-то
И подземный переход.


И на всей, на всей планете,
И зимой, и в пышном лете
Есть
Всегда
Для нас
Пешеходный переход.



Сцена 1. Принеприятнейшее происшествие.

Декорация отражает наполовину вырубленный лес. По земле по направлению к зрителю, но слегка наискосок, идет дорожка с белыми полосками (переход). Рядом стоит палка-светофор с намалеванным красным светом. По мере действия площадка все больше и больше очищается от «лесной» декорации.



Заяц (выбегая из-за деревьев): Караул! Нет, это просто какой-то кошмар! Ужас! Да за такое нужно бросать в воду в ноябре месяце или хвост сразу отрывать! Это же нужно до такого докатиться! И ведь не первый раз! И ведь предупреждали! Но хоть бы хны! Он все нарушает и нарушает. (Останавливается. Смотрит на зрителей.)

Здравствуйте. Меня зовут Писарь, Заяц-Писарь. Прошу любить и жаловать. Жаловать – по статусу. Любить – по определению. Можно и то и другое одновременно. Хочу сообщить вам о принеприятнейшем происшествии, случившемся в нашем лесном хозяйстве.

Гуляю я как-то раз по лесу – впечатления записываю – и тут, вы не поверите, вижу волка. Который идет через дорогу в нарушение всяких правил. А правил перехода через дорогу всего лишь два: либо по пешеходному переходу по зеленому сигналу светофора, либо через подземный переход. А этот… волк топает на красный свет и еще ухмыляется. Вот охламон, - подумал я. В смысле, волка нашего зовут Охламон. И ведет он себя как настоящий охламон. Правила не соблюдает. И сколько раз ведь так было! Сколько раз его прощали! А он опять, все за старое, все за старое. Не угомонится никак!

И теперь, теперь я должен все это как-то донести управляющему нашего лесного хозяйства - Медведю Тугодуму. А он может – знаете, как рассердиться! Рассердится и станет крушить все подряд. И всех, кто находится рядом. А убежать тоже нельзя. Потому что после того как он успокоится – начинает плакать. И тогда ему нужен кто-то, кто бы подавал носовые платки. А кто этот «кто-то»? Я, конечно, кто ж еще в нашем лесом хозяйстве настолько быстр, чтобы уворачиваться от медвежьих лап, и столь добр, чтобы потом держать платки. И мне нужно найти какие-то слова, мне нужно подготовиться…

(всем): Помогайте. Надо быстренько придумать, что сказать медведю. Ну, допустим, я подхожу и говорю ему вот так (с отсутствующим видом):

- Уважаемый Тугодум. Ты только, пожалуйста, не волнуйся, но волк опять перешел в дорогу в неположенном месте. (Пауза.) В каком? Там, где не было пешеходного перехода. И, что самое главное, на светофоре в это время горел красный свет!

Нет, так он точно сознание потеряет. И грохнется прямо на меня. А мне это зачем надо? На меня год назад, птенец из дупла упал, вывалился из гнезда… и что? Еле-еле ходил, даже бегать не мог неделю. Нет, так не пойдет. (Думает.)

Может, вот так (переводит в шутку):

- Милый Тугодум, ты даже не поверишь, но в нашем лесном хозяйстве снова происшествие, волк опять не в том месте дорогу перешел! И даже, представляешь, на красный свет. Ха-ха-ха. (Пауза.) Не смешно. Или так:

- Ой, Тугодум, беда, беда! Ты даже не представляешь себе это, ты даже не представляешь. Нет, не цапля с петухом подралась. Нет, не шмель заполз в глаз вороне. Нет, не крокодил енота проглотил. Хуже, хуже… Спокойно, вот только так реагировать не надо! (Вздыхает). Этим все и закончится. Так что бы еще придумать? Придумать ведь что-то надо! (Задумывается.)



Сцена 2. Союзники.

Появляется Лиса Стрекоза.



Стрекоза: Ой, я вся такая необычная, виртуальная вся. Гуляю, где хочу, с кем хочу, но характером незлобивая и танцы люблю.

Писарь: Лиса, хотите анекдот?

Стрекоза: Надеюсь, приличный?

Писарь: Надейтесь. Волк опять не там дорогу перешел.

Стрекоза: Ах…

Писарь: И даже на красный свет!

Стрекоза: Ах-ах…

Писарь: Но, к сожалению, это правда.

Стрекоза: Что вы говорите? Какое горе!

Писарь: Конечно, горе. Он, замечу я вам, делает это не в первый раз! И, как вы знаете, по не писанным нами законам, принятым для нарушителей, он должен прочитать сто пятнадцатый том Лесного кодекса и дважды пересказать его содержание всем жителям леса.


Пауза.


Стрекоза: А он сможет?

Писарь: Не факт. Но прежде надо обо всем рассказать Тугодуму.

Стрекоза: А кто говорить будет?

Писарь: Вы.

Стрекоза: Я? Почему я? Мне это совершенно не нравится.

Писарь: Наверное, мне очень нравится Тугодуму наедине такие новости преподносить…

Стрекоза: Тогда надо это кому-нибудь перепоручить.

Писарь: И кому, интересно?

Стрекоза: Может быть, вороне Матрене? Она у нас самая смелая и лаконичная.

Писарь: Так она заснет в процессе. И в результате нам придется все расхлебывать. Вы хотите сами все расхлебывать в результате? Да или нет?

Стрекоза: Нет.

Писарь: Я тоже нет. Тем не менее, будет лучше, если нас будет больше. Тогда кто-нибудь из нас обязательно не заснет. И очень большая вероятность того, что кто-то, набравшись смелости, скажет все Тугодуму. Так что - путем глубоких умозаключений я пришел к однозначному выводу и поддерживаю ваше предложение.

Стрекоза: Браво, браво!

Писарь: То-то! Почему мне всегда надо убеждать всех в собственной гениальности? Вот попомните, когда меня не станет, вот попомните. Сами будете Тугодуму платки держать! Ну, что – пошли?

Стрекоза: Пойдемте. Можно для статусности я возьму вас за лапу?

Писарь: Так уж и быть.



Заяц и Лиса поют песню:

Тот, кто не был у Матрены
Потерял немало он,
Потому что у Матрены
Есть волшебный медальон.


У нее еще есть гонор,
Но в полемику не лезь,
Потому что у Матрены
Сорок пять достоинств есть.


А еще есть у Матрены
Тяга долго, часто спать,
Жителям лесного дома
Этой тяги не понять.


И ее вы разбудите,
Если не заснет опять –
Столько тайн и книг хранить
Стольких тайн и книг хранитель
Станете
И равно –
Тоже спать.



Сцена 3. Сплетня.

Опушка леса. На ней сидит Медведь Тугодум и перелистывает страницы тома.


Тугодум: Триста тридцать шестой указ, триста тридцать седьмой указ… все в порядке. Каков я, а! И в лесу все в порядке. А во всем важен - что? Порядок. Утром чуть свет встанешь – нужно рыбок в озере покормить, листья у Дикой Ивы протереть, чтобы там не скапливалась пыль и вода. Совещание Лесного собрания провести опять же нужно, чтобы распространить очередной мой великий указ. А указы писать я люблю. Какой же лес без указов? Только за счет них порядок и существует. О как! Я сказал! По этому поводу напишу-ка я свой одна тысяча триста двадцать шестой по счету указ.

(Берет лист бумаги и ручку, пишет.)



Появляется Хомяк Бронебой.



Бронебой: Тугодум. Тугоду-ум.

Тугодум (отрываясь от написания): А?

Бронебой: Это я.

Тугодум: Ты разве не видишь, Бронебой, какими я занимаюсь делами – государственной важности! А ты меня так тревожишь.

Бронебой: Нехорошие у тебя в хозяйстве дела творятся, ой, нехорошие… беда случилась, ой, беда…

Тугодум: Типун тебе на язык, вошь на пятку! Ты даже и понятия не имеешь, что значит «беда»! Беда – это когда лес горит, ну, или земля трясется. Ну, или когда указы не пишутся. (Мечтательно): Помню, мне как-то дед рассказывал, что были времена, когда вода вышла из берегов и потопила всю земную часть суши…, и все кричали: беда, беда!

Бронебой (потупясь): Может, я не так искушен рассказами о бедах, как вы, уважаемый Тугодум, но я отчетливо себе представляю, какой резонанс вызовет у всех обитателей леса эта нехорошая новость.

Тугодум (морщась): Проще говори, я тебя прошу, проще… у меня нет возможностей, и главное, времени, воспринимать твой красноречивый вздор… (пауза.)

Говори…

Бронебой: Пожалуй, встану-ка я от тебя подальше, а то ты будешь гневаться, а мне абсолютно не хочется попасть тебе под горячую лапу. (Отодвигается, выпаливает): Да будет тебе известно, что волк опять не в том месте дорогу перешел.(Отбегает подальше.)


Пауза.


Тугодум: Откуда данные?

Бронебой: Сорока на хвосте принесла.

Тугодум: Мало ли, что сороки на хвосте носят. Плутоватые они, сороки.

Бронебой: Муравей подтверждает.

Тугодум: Кто-кто?

Бронебой: Муравей.

Тугодум: Х-хе. И что, мы будем на муравьев, что ли, ориентироваться? Ты хоть лицо его запомнил?

Бронебой: Да они все на одно лицо!

Тугодум. То-то. Как ты представляешь себе картину – допрос муравья? Приду я к муравейнику и крикну – «Муравей, выходи!»? Их там более ста пятидесяти! Как я узнаю, кто из них видел?


Пауза.


Бронебой: Плохо, что честным гражданам леса не верите. Ошибку делаете. А ведь дыма без огня не бывает. Тут стало известно, там стало известно – вот и результатики!

Тугодум: А я дело знаю. И на мелочи не распыляюсь. Я законы пишу. Претензии к законам есть? То-то. Нет. А твое дело – компромат собирать. Но – надежный. Понял?

Бронебой: Как не понять.

Тугодум: То-то. На проверку тебе полдня. Сегодня вечером ко мне с докладом. (Склоняется над столом.)

Бронебой: Эх, что за доля… (уходит.)

Тугодум: Правда, что ли, волк опять начудил. (Рассерженно.) Вот только поймаю я этого Охламона. Будет он у меня в муравейнике полы протирать. (Плача.) Ну, зачем мне это все надо! Почему законы никто не почитает? И почему мне никто не подает платки?! (Успокаиваясь, многозначительно.) А ведь мне никто сейчас не подаст платки, зайца-то нет. Какой смысл плакать тогда?

(Вторично склоняется над столом.) Ни дай бог Бронебой новость подтвердит. Эх-х…, всех в муравейник, всех…



Сцена 4. Вербовка.

Писарь и Стрекоза около дуба.



Писарь: Стучите.

Стрекоза: Сами стучите.


Пауза.


Писарь: Стучите.

Стрекоза: Сами стучите.


Пауза.


Писарь: А вдруг она спит?

Стрекоза: А делать-то что?

Писарь: Вы правы. Делать нечего. Поэтому стучите.

Стрекоза: Только исключительно из уважения к вам. (Стучит.)


Пауза.


Стрекоза: Вот видите – никого! Пойдемте из этого странного места.

Писарь: Я вас умоляю, стучите сильнее.

Стрекоза: Стучу.


Стучит. Пауза.


Писарь: Ну и что это за лес?

Стрекоза: А что?

Писарь: Это совсем не лес!

Стрекоза: Почему?

Писарь: Что это за лес, если когда кто-то нужен – он либо прячется, либо не достучаться до него!!! (Спокойно): Может попробовать с разбега?

Стрекоза (на грани плача): Вы предлагаете мне биться об дерево?

Писарь: Это я так! Мысли вслух!

Стрекоза (с восхищением): Ну и мысли у вас. Революционные!

Писарь: А я – революционер!

Стрекоза: Видно.



Над деревом показывается Ворона Матрена.



Матрена: Квадрацикл!

Писарь: А…

Матрена: Что за квадрацикл я видела сейчас во сне. Пойду, досмотрю.

Писарь: Матрена, мы не хотели вас тревожить…

Стрекоза: Я здесь вообще-то прогуливалась.

Писарь (угрожающе): Да, мы прогуливались. И тем не менее…

Матрена: Ждите. (Исчезает.)

Писарь: И что это значит?

Стрекоза: Значит? Ждать…

Писарь: Это я слышал! (Присаживаясь): Хорошо, подождем. (Вскакивая): Сколько можно ждать! Стучите.

Стрекоза: Я уже стучала.

Писарь: Действие характеризуется по результату. Результат есть? Результата нет. Поэтому – стучите!

Стрекоза: Что за неравноправие! Я уже стучала.

Писарь: Уважаемая Стрекоза. Я не могу одновременно и мыслить, и исполнять… хорошо, я буду исполнять. А вы мыслить так, как я сможете?

Стрекоза (нерешительно): Нет.

Писарь: Тогда стучите!


Пауза.


Стрекоза: Я хочу, чтоб вы знали. Мне исключительно неприятна вся эта ваша история.


Стрекоза стучит. Пауза. Затем возникает заспанная Матрена.


Стрекоза: Здравствуйте, Матрена, больше осиновых опилок вашему дому, как поживаете…

Писарь: Слышите, Матрена, нам от вас, между прочим, кроме помощи ничего не нужно. Это, между прочим, не мне лично надо, а всему нашему лесу, в котором вы, между прочим, живете, и если вы…

Стрекоза: А мы тут как раз по лесу прогуливались, видим, дерево Матрены, думаем, дай-ка навестим.



Матрена храпит.



Писарь (Лисе): Вы виноваты! Нужно сразу брать быка за рога, вернее, ворону за клюв. Теперь - как мы теперь ее будем будить?

Стрекоза (рисуясь): Вы помните, кто написал басню про ворону и лисицу?

Писарь: Еще б я не помнил. Я же писарь, я ж все знаю. Подождите-ка, подождите-ка. Ой. Забыл. Но у меня в голове столько мыслей каждый день…

Стрекоза: Как же вы гениальны…

Писарь: Не стоит… кто, кстати, басню написал?

Стрекоза: Ее написал Крылов.

Матрена (просыпаясь): Где мой сыр?

Стрекоза: Сыр вам обязательно будет, уважаемая Матрена, но сначала мы хотели бы предложить вам небольшую работу.

Писарь: А бесплатный сыр, как вы знаете, бывает только в мышеловке.

Матрена: Знаю я вас. Опять попросите Хомяка Бронебоя пугать, изображая орла? Или дразнить Волка Охламона деревянными мозгами?

Стрекоза: Нет-нет, все гораздо проще, уважаемая Матрена. Надо бы просто сказать Тугодуму, что волк дорогу перешел на красный свет и все.

Писарь: И все.



Пауза. Матрена исчезает.



Стрекоза: Матрена, вы где?

Писарь: Вы где, Матрена?

Матрена (изнутри дерева): На ваши мозги, наверное, кто-то пролил смолу, или их испортила болотная жаба.

Стрекоза (Писарю): А что у нас с мозгами?

Писарь (Вороне): А что у вас с мозгами?

Матрена: У вас с мозгами то, что у вас абсолютно нет мозгов, раз вы мне, самой Матрене, предлагаете такое.

Стрекоза (Писарю, удивленно): У вас нет мозгов?

Писарь: Может быть, у кого-то и нет мозгов, уважаемая Матрена, но намерения, намерения…

Матрена: Бьют не по намерениям, а по клюву.

Писарь: Так вы что, не поможете?


Пауза.


Стрекоза (Писарю): Ну, скажите что-нибудь.

Псарь: Почему сразу я?

Стрекоза: Вы же у нас самый умный.

Писарь: Да. Умный. Но ведь бывают обстоятельства. В конце концов, это же вы меня сюда затащили. «…Мы только на минутку, мы только поздороваться…». И что? Поздоровались…

Стрекоза: Так вы согласились.

Писарь: Исключительно из-за милосердия к вам.


Пауза.


Стрекоза: Есть маневр.

Писарь: Что?

Стрекоза: Есть неплохой маневр.

Писарь: Охочи вы до маневров…

Стрекоза: Помните волшебный медальон Матрены? А если мы станем шуметь и кричать, что на лес напали разбойники с далеких пустынных степей и идут сюда? А от них можно откупиться медальоном Матрены! С таким тяжелым медальоном она не сможет полететь, спустится на землю. И тут мы ее – цап!

Писарь: Вероломно, но по делу. Кто кричать будет?

Стрекоза: Давайте оба.



Писарь: О, ужас! О, кошмар! О, лучше бы стая диких ос напала бы на лес и жалила бы каждого встречного! Но все хуже, хуже!

Стрекоза: На лес напали разбойники с далеких пустынных степей! И требуют отдать им все ценности!

Писарь: Так есть же медальон Матрены. Отдадим им его!

Стрекоза: Ура! Выход есть! Ура! Ура!



Матрена (высовываясь): Спасите! Я его не отдам. Ведь это волшебный медальон!

Стрекоза: Отечество в опасности. Надо, надо отдать.

Матрена (плачет): Я не отдам.

Писарь: Тогда улетайте с ним, чтобы вас не застукали!

Матрена: Не могу. Он тяжелый.



Матрена пытается спуститься с медальоном, но как только оказывается внизу, Лиса и Заяц крепко хватают ее.



Матрена: Вы это – зачем?

Писарь: Расслабьтесь, Матрена. Мы пошутили, нет никаких разбойников. Но даю слово, если вы с нами сейчас не пойдете, я обязательно их найду – и расскажу им о вашей драгоценности.

Стрекоза: Времени нет.



Пауза.



Матрена: Хорошо, я пойду. Но я хочу, чтобы вы знали: так выкуривать меня из гнезда низко. Тем более, спекулируя общественным достоянием. Вы идите, а мне нужно подготовиться.

Писарь: Нет-нет, уважаемая Матрена, мы вас лучше здесь подождем, чтобы если вам захочется спать или еще что-то такое…

Стрекоза: Или если вам не захочется спать, но что-то помешает…

Матрена: Ждите 5 минут. (Исчезает.)

Писарь (Стрекозе): У вас мята есть?

Стрекоза: Да.

Писарь: Дайте пожевать. Все равно раньше пяти минут и 15 секунд она не вылетит. Менталитет.



Сцена 5. Сговор.

Жилище Волка Охламона. Волк поет:



Помню, вечер был весенний,
Чудно, тихо и тогда
На меня смотрела с неба
Светлоокая звезда


Только шум какой-то странный
Меня перевозбудил,
Я гляжу – подходят краны,
Стелят по земле настил,


Говорят, что на дорогах,
Чтобы не кончилось бедой
Насаждают переходы
На земле и под землей.


И везде, чтоб безопасно
Было каждому идти -
Светофор сопровождает
Каждый километр пути.


На зеленый свет – идите,
Красный – на шоссе не лезь.
И ковер из белых нитей
Будет вам как волнорез.


Я кричу, каков резон нам
Ждать, не ведая чего,
Если здесь с времен гороха
Ни машин, и ни метро.


Но упорствуют безумцы:
Вашу логику откинь,
Понастроим трасс и будем
Жить, как весь цивильный мир.


Переубедить дай сил мне –
Мы ж – не «кто-то», мы же – лес,
Здесь зимой клубится иней
По тропинкам на развес.


Осенью – ковер из листьев,
А весною – грязь да грязь…
И в ответ мне как отвесят -
Ты давай сюда не влазь.


Согласовано все точно,
Подпись, штамп, инвойс, аванс;
Ты иди смотреть на звезды,
А мы – «зебру» рисовать.


Пусть всегда горит зеленый,
Пусть всегда, во всех местах
Зверь свободный, устремленный
Мчит, не зная рабский страх!


Охламон: Будут они у меня знать. Будут они у меня все знать. Что я их не боюсь. Надоело! Все одно и то же! Нагородили этих переходов, настроили палок с огнями. Превратили лес в парк имени Горького. А лес должен оставаться лесом!



Появляется Кабан Мухомор.



Мухомор: Здорово! А я к тебе.

Охламон: Здорово!

Мухомор: Ты опять, что ли, начудил?

Охламон (насупившись): Кто сказал?

Мухомор: Очнись, красава! Весь лес слухами гудит. Ну, ты и молодец. Теперь тебя Тугодум затаскает, заставит лесной кодекс учить. Будешь сидеть и учить как последний ботаник.

Охламон: Не буду я ничего учить. И вообще, не трогай меня. Сам разберусь!

Мухомор: Ой-ой, не трогайте его! Разберусь! Уже доразбирался, олух. Звери со всего леса собираются с петицией к медведю. Нет, теперь он точно от тебя не отстанет.

Охламон: И что? Что ты предлагаешь?

Мухомор: Вот-вот. А теперь к делу. Короче, тебе нужна… оппозиция.

Охламон: Чего?

Мухомор: Не «чего», а «что». Объясняю для непонятливых: тебе нужны те, кто будет разделять твою точку зрения. А вместе вы – сила. А с силой считается даже Тугодум. И будешь ты уже не просто… волк, а равный с ним волк. Понял? И он не сможет тогда тебя заставить что-то учить.

Охламон: Кто в лесу мою точку зрения разделяет? Чуть что – волк виноват. А мне за державу обидно!

Мухомор: Ну, это как посмотреть. Ладно, начнем. Первое. Нужно что-то такое, что бы тебя выгодно отличало и делало не виновником, а революционером. Стоп! «Волк-революционер»… как звучит, а!

Охламон: Как звучит?

Мухомор: Гордо. Ты разве не слышишь? Волк-революционер…

Охламон: Наверно.

Мухомор: Не наверно, а точно! И думать по-другому не моги! Волк-революционер…, это же новое слово. Это образ. Сразу появляются мысль, желание действовать, концепция.

Охламон: Ага.

Мухомор: Не «ага», а «да». Второе. Тебе нужна команда таких же, как ты революционеров.

Охламон: Да не пойдет со мной никто…

Мухомор: Не говори. Я этим займусь. Третье. Тебе надо сменить имидж.

Охламон: Чего сменить?

Мухомор: Имидж. Ну что это за фуфайка, что за панамка?

Охламон: Что?

Мухомор: Ты должен быть кто?

Охламон: Я? Волком.

Мухомор (передразнивает): «Я? Волком». Ты должен быть – лидером. А разве лидеры так одеваются? Так, пиши рецепт: «шляпа как из американских боевиков, дорогая сигара, а лучше трубка…»

Охламон: Я же не курю.

Мухомор: Ради дела закуришь. Костюм какой-нибудь есть?

Охламон: Нет.

Мухомор: Сшей. Туфли?

Охламон: Какие у волка туфли, ты что?

Мухомор: Закажи. Я мастера знаю. Для всех делает. И вот еще что. В глазах должна быть решимость. Что ты всех порвешь. Повтори.

Охламон: Что?

Мухомор: Я всех порву.

Охламон: Зачем?

Мухомор: Я знаю, что говорю.

Охламон: Я всех порву.

Мухомор: С такой решимостью ты даже муху не порвешь. Ну, да ладно, будем учиться. Жди меня. Я скоро приду. Инструкции записал?

Охламон: Да.

Мухомор: Молодец, моя школа. (Уходит.)


Пауза.


Охламон: Как же так? И что мне теперь делать?



Появляется Хомяк Бронебой.



Бронебой: Охламон, привет.

Охламон: Я тебе больше не Охламон.

Бронебой (принимая правила игры): А кто?

Охламон: Я – волк-революционер.

Бронебой: Правда?

Охламон: Да. И знаешь почему?

Бронебой: Нет.

Охламон: Потому что я – лидер.



Бронебой заходится в смехе, пытается сдержаться, но у него ничего не получается.



Охламон: Между прочим, ты еще не знаешь, почему я лидер!

Бронебой (не успокаиваясь): Не знаю.

Охламон: А хочешь узнать?

Бронебой. Нет. (Уползает, продолжая смеяться.)

Охламон: М-да. Вот тебе и лидер. Ну, лучше быть таким лидером, чем Тугодуму читать Лесной кодекс.



Сцена 6. Напрасно старались
Медведь Тугодум релаксирует на кресле-качалке под аккомпанемент классического произведения. Появляются Лиса, Заяц и Ворона. Они медленно подкрадываются к Медведю и на некоторое время застывают рядом. Затем Заяц жестами поручает Лисе выключить звук транзистора, она подкрадывается к нему и убирает звук. Некоторое время сцена в тишине.



Тугодум: Неужели нечего сказать при звуках этой прекраснейшей мелодии?

Стрекоза: Мы боялись помешать вашему отдыху.

Тугодум: Вы ему уже помешали. Должно же здесь после вас остаться хоть что-то прекрасное…



Стрекоза прибавляет звук.



Тугодум: Слушаю.

Писарь: Приветствую тебя, о великий законотворец из всех законотворцев нашего леса.

Тугодум: Дальше.

Писарь: Один из величайших мыслителей современности и истории.

Тугодум: Дальше.

Писарь: Я, твой труженик и выразитель твоих интересов, Лиса…

Стрекоза: Самая верная почитательница Ваших недюжинных талантов…

Писарь: Ну да… м-да. И – Ворона…



Слышен храп Вороны.



Писарь: …которая спит и видит, как вы издаете свой десятитысячный по счету указ…, так вот, все мы… (пауза.) разбуди…

Тугодум: Вот с этого момента поподробнее…

Писарь: Это я не вам, это я Лисе…

Тугодум: Что?

Писарь: Пока я довожу суть дела, Лиса занимается своими прямыми обязанностями…

Стрекоза: Что?

Писарь: Я не то хотел сказать…

Стрекоза: Уж не думаете ли Вы, что я просто создана для того, чтобы будить ворон?

Писарь: Конечно же, нет.

Тугодум: Вы только понимаете, что вы сейчас делаете?

Писарь: Я-то понимаю, а вот кое-кто…

Тугодум: Вы меня, государственного деятеля, отвлекаете от важных дел!

Писарь: Простите достоуважаемый.

Стрекоза: Простите, уважаемый, но у нас тут такой затык…

Тугодум: С затыками – это вы к фельдшеру идите. У меня в лесном хозяйстве не должно быть затыков. Что еще?

Писарь: Мы все и Матрена тоже хотели бы (во время монолога Заяц тыкает локтем Лису, которая пытается привести в чувство Ворону) сказать, вернее, дать вам исчерпывающую информацию относительно предмета исполнения нами, гражданами вашего леса, законов и инструкций, которые произвело на свет ваше достопочтенное перо, чтобы в результате всего правила нашего леса были чтимы и неделимы, а не так, как для некоторых из нас, безусловно, недостойных особей нашего леса и ваших несерьезных собратьев.


Пауза.


Тугодум: Вы все сказали?

Писарь: Ну, почти…

Стрекоза: Что-то еще хочет добавить Матрена…

Писарь: Так, по мелочи.


Пауза. Матрена спит.


Тугодум: Мне вас сейчас прогнать или сделать это сейчас же?

Писарь: Не извольте беспокоиться, мы, конечно же, совершеннейше способны организовать себя сами и уже, можно сказать, на пути к выходу, но вот Матрена…

Матрена (безмятежно): А я не сплю.

Писарь (сдерживаясь): Ой, как хорошо, что вы бодрствуете, а то мы как раз пытались Вас разбудить…

Стрекоза: Да, я как раз хотела, а Вы уже и сами…

Тугодум: Ворона, говорите уже.

Матрена: Волк дорогу перешел не по переходу и на красный свет.



Пауза. Заяц и Лиса застывают на своих местах, ожидая бури.



Матрена: Я ведь это должна была сказать?


Пауза.


Тугодум: Ну и что вы застыли? Я все давно уже знаю.


Пауза.


Писарь: Знаете? Странно, это ведь моя обязанность вас информировать…

Тугодум: Есть у меня и другие… источники…, для комплексности, так сказать.

Писарь: Понятно. Ну, мы пойдем?

Тугодум: Теперь уже стойте. Пришли – так отдувайтесь. Наши неписаные правила в этом случае что предписывают?

Писарь: Волк должен прочесть сто пятнадцатый том Лесного кодекса и рассказать его содержание жителям леса.

Тугодум: Ну-ка проверим ваши знания. А то вдруг у вас с этим нелады, и за проступком волка последует ваш? (Матрене): Итак, что в этом томе написано?


Матрена снова храпит.


Тугодум: Понятно. Уснула от накопленных знаний. (Зайцу и Лисе): Тогда отдувайтесь за нее.

Писарь (тараторя): Пешеходы должны двигаться по тротуарам или пешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При отсутствии тротуаров и пешеходных дорожек пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части.

Тугодум: Знаешь. Хоть это хорошо. (Лисе.) Теперь ты.

Стрекоза: Вне населенных пунктов при движении по проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

Тугодум: Еще.

Стрекоза: Пересекать проезжую часть можно только в специально предусмотренных местах - пешеходных переходах, отмеченных параллельно идущими на трассе белыми линиями - зеброй. Рядом стоящий светофор своими огнями регулирует движение: красный - стой, желтый - приготовься, зеленый – можно идти.

Тугодум: Именно. В каждом лесу, и даже в нашем, есть свои красный, желтый, зеленый. Заодно пешеходные переходы имеются.

Писарь и Стрекоза (вместе): Мы совершенно с вами согласны.

Тугодум: А тут что? Из-за какого-то волка сплошные неприятности.

Писарь и Стрекоза (вместе): Какой негодник! Какой разгильдяй!

Тугодум: Что о нас будут думать в других местах?

Писарь и Стрекоза (вместе): И думать страшно!

Тугодум: Что вы заладили – думать страшно. Думать об этом – не страшно. Думать об этом – горько. А это разные вещи. Идите отсюда.

Писарь: Можно задать малюсенький-прималюсенький вопросик…, а Лесное собрание когда созываем?

Тугодум: Когда назначу – сообщу.

Заяц и Лиса исчезают, прихватив с собой спящую Матрену.


Тугодум (один): И что мне с ним делать?


Появляется Хомяк Бронебой.


Бронебой: Хе-хе-хе…

Тугодум: Еще одному весело. И что тебе так весело, интересно?

Бронебой: Волк… с ума сошел.

Тугодум: Еще этого не хватало. Факты?

Бронебой: Революционером себя называет.

Тугодум: Да? Странно. Что ему еще взбрело в голову… (подозрительно): А ты ничего не путаешь? Может, опять какой-то муравей ляпнул?

Бронебой: Сам слышал, сам. А еще он сказал, что он лидер. Хе-хе-хе. (Начинает валяться по полу и хохотать).

Тугодум: Только сумасшедшего Охламона в моем лесу не хватало. И что мне с ним делать? В озеро бросить что ли? Так они – сумасшедшие - живучие. Выплывет. И будет за мной с еловой веткой гоняться. Или бросить к диким осам? Ненавижу этих ос! (Плачет.) Да что же это происходит! Почему в моем лесу сумасшедший живет?! Да еще и не по правилам ходит. Вот ходил бы по правилам, и пусть бы себе с ума сходил сколько угодно. А тут нет – и с ума вконец сошел, и дорогу не в том месте перешел!

(Догадавшись о чем-то.) А вдруг он что-то замышляет? Не даром, нет, не даром он так себя ведет, дорогу в неположенных местах открыто переходит!

(Бронебою.) Хватит смеяться! Отечество в опасности. У меня есть план, идем. (Уходят.)

 

Расскажи друзьям!
(для этого нужно нажать иконку соответствующую вашей соц.сети/блогосистемы)

 

 

 
на главную
© 2008, ЭлБ